ПОНИМАНИЕ СУТИ СТОКГОЛЬМСКОГО СИНДРОМА
Стокгольмский синдром не относится к категории признанных психологических диагнозов – это понятие скорее представляет собой попытку объяснить симптомы, проявляющиеся у некоторых людей, которые попали в плен или оказались в заложниках. У человека, переживающего стокгольмский синдром, появляется определенная связь с захватчиком – вплоть до привязанности. Он может проявлять эмпатию по отношению к похитителю, и у него даже может желание защитить преступника и искренняя любовь к нему. Нередко у таких людей появляются негативные чувства по отношению к полиции или другим людям, пытающимся его спасти.Результаты исследования инцидентов, подразумевающих захват заложников, указывают на то, что вероятность развития стокгольмского синдрома повышается, когда пленные находятся в заточении несколько дней и имеют близкий контакт с похитителями, которые в общем и целом не причиняют им вреда или даже проявляют доброту по отношению к заложникам. Люди, у которых развивается стокгольмский синдром, часто переживают симптомы посттравматического стресса – такие, как ночные кошмары, бессонница, флешбэки, слишком лёгкая активизация реакции испуга, замешательство и ощущение неловкости и проблемы с доверием.
С психологической точки зрения этот феномен можно рассматривать как механизм, обеспечивающий выживание. Некоторые эксперты даже поощряют людей, оказавшихся в заложниках, вести себя так, как будто у них развился стокгольмский синдром. Таким образом они могут повысить свои шансы на выживание, ведь налаживание связи с похитителем потенциально может сделать пребывание в плену куда более выносимым, и такое отношение может поощрить преступников удовлетворять базовые потребности пленника.
В общем и целом исследователи согласны с тем, что пленники со стокгольмским синдромом склонны испытывать позитивные чувства по отношению к захватчикам и негативные чувства по отношению к полиции – и в таких случаях вероятность появления у похитителей позитивных чувств по отношению к пленникам тоже повышается.
Анна Фрейд первой описала явление, похожее на стокгольмский синдром, а именно – идентификацию с агрессором, которая представляет собой попытку справиться со страхом путём трансформации само-восприятия. В этом случае человек меняет отношение к самому себе: из жертвы, подвергающейся угрозе, он превращается в человека, от которого исходит угроза. Фрейд рассматривала эту модель как защитный механизм, дарующий человеку ощущение силы и власти над ситуацией, которая в ином случае вызвала бы у него страх и настоящий ужас.
КАК ЧАСТО ВСТРЕЧАЕТСЯ СТОКГОЛЬМСКИЙ СИНДРОМ?
ФБР провело исследование в попытке узнать больше о стокгольмском синдроме и лучше понять этот феномен, и результаты этого исследования позволяют сделать предположение о том, что примерно у 8 % людей, оказавшихся в плену или в ситуации захвата заложников, развиваются очевидные и поддающиеся наблюдению симптомы стокгольмского синдрома. Однако теории, касающиеся этой реакции, не так уж и просто протестировать, потому что преднамеренное создание ситуации пленения или захвата заложников ради проведения испытания не считается этичным и приемлемым.На данный момент собрано очень мало информации об этом синдроме, и имеющиеся данные основаны на множестве разнообразных ситуаций, во многом отличающихся друг от друга, и поэтому эксперты ещё не достигли полного согласия в определении характерных симптомов стокгольмского синдрома и причин его развития. И они еще не до конца понимают, почему у одних людей он развивается, а у других – нет. Некоторые исследователи не согласны с тем, что развитие стокгольмского синдрома может быть обусловлено влиянием других травмирующих ситуаций и обстоятельств – таких, как неподобающее обращение или насилие в отношениях.
ИСТОРИЯ ТЕРМИНА "СТОКГОЛЬМСКИЙ СИНДРОМ"
Этот термин появился после ограбления банка в Стокгольме, Швеция, в 1973 году. Грабители взяли в заложники четырех банковских служащих, работавших в хранилище, и они удерживали их в плену более пяти дней. За это время заложники привязались к своим похитителям – в основном из-за мелких проявлений доброты со стороны злоумышленников (по крайней мере, сами пленники именно так рассматривали эти поступки). И через какое-то время заложники начали бояться полиции больше, чем грабителей, и они даже проявляли сопротивление самой идее спасения.Поведение пленников привело в замешательство полицию и широкую общественность – и впоследствии даже самих заложников. Психиатры уподобили эту реакцию военному неврозу (или контузии), который нередко наблюдается у солдат, вернувшихся с войны – этот термин тогда использовался для обозначения состояния, на данный момент известного как "посттравматический стресс". И специалисты объяснили эти симптомы благодарностью пленников – но они благодарили за своей спасение от смерти скорее похитителей, а не полицейских, которые их освободили.
